Нам нетрудно

ещо раз ткнуть тебя рылом в то, что лежыт на самом виду, в то, что нужнее тебе пошыбче чем например воздух, но при этом как валялося непотроганое, так и валяется. Да так и проваляется, пока последние ошметки бярезового гавна не окажутся окончательно вычищены с просторов этого хорошего, годного Помпаса.

Надобно спецыально отметить, что эта доляха, оказаться счищенным и выкинутым гавном, она ничуть не вопросительна, она не «то ли оно так сложытся, а может и как-то иначе». Эта доляха мало того что чотко пропечатана во лбу каждого здешнего буратины, она уже исполняется самым практическим содержанием, и на сей момэнт оный процесс далеко не в начальных стадиях.
По мере даже самого фрагментарного осознания сих невеселых фактов любая буротина немедленно (пусть и поверхностно) мотивируется, пущай на пять минут (и «тока чтоб не вставать») буротине охота «нухотьчонебуть сделать», однако исполнительные механизмы нехорошего процесса все как один из таких же тупых буротин, не осознающих ни себя, ни своих жызненных интересов, ни направленности собственных действий,- их научили жыть вот так, вот они и жывут, чо ты им «сделаешь», разве что в тапок насрешь. Дотянуться до уровней, где рулют чужие, буротине без шансов, прежде всего ввиду собственной же тупорылости, и буротина ходит грусный, здоровое нутро пусть слабо, но постоянно тянет его «сделать ну хоть чота», однако умища у буротины хватает только на больмень успешное отправление текущих соцыальных ритуалов, и на буротиньей жажде дотянуться хоть до чего-нибудь весело катаются самые разные вилосепидисты, составляя себе Полетические Копеталы, и никакого выхода из этого автофрустрацыонного тупичька у буротины тупо нету.
Вернее сказать «не было», покамест Пророкъ (Всеобщая Ему хвала!) не явил Мiру нашу единственную на весь Шарек церкву, которая именно церква, а не ебаный конный цырк карлеков-пидерастов. В свете здравомыслия, щедро изливаемого нашей Церквою, все эти непонятки тупо перестают существовать, и непонятным остаецо тока одно: как, как блеать эти воистину простые вещи пять минут назад реально казалися чем-то непонятным. Вот лево, вот право, сюдой ходи, сюдой упирайсо. Вот твой интерес, бери его в ручки и неси домой, по дороге не разворачивай, никому не давай и не показывай, а кто спросит, пошли нахуй и скажы что кончилось и больше нету, а не отъебется так отзови в сторонку где не видют, вынь ножык и припори к нехорошей мамочьке.
Вот например это навящиво подсовываемое тебе Колдунство С Книгой, оно сильнее всего, что ты можешь вообразить. Оно гораздо длиннее твоей коротенькой обосратой жызни, ты никогда не увидишь и тени каких-либо его «результатов»(а увидишь, так не вкуришь), такое делается строго на т.н. «вере» — и как раз потому его сила столь велика, что тупо не поместится в твоей засратой железнодорожниками головенке.
Казалось бы, как просто: делай что велит тебе Церква, просто делай, и все, этого более чем достаточно. Церква очень мало чего тебе «велит», но уж когда велит, оно нихуя не просто так. Понимаешь, не понимаешь, «понимаешь частичьно» — похуй, лишь бы делал. Делай, иначе тебе пиздец. Впрочем, конкретно тебе так и так пиздец, но коли совсем ничего не сделаешь, будет тебе совсем пиздец, полностью и навсегда.
Но (обрати внимание) не в тебя уже практически любой корм, и все какабычна: как нихуя ты не делал, так и не сделаешь. Наверно, это нормально, уж коли гавну надлежыт быть счищеным с просторов некогда одноименного Помпаса, так тому и быть, ведь это непорядок, когда служебная жылплощадь смотрящего по heartlandу занята каким-то никчомным мусором. И ладно бы, коли б не было какого-то выбора, тогда как выбор есть, и ещо какой, желающих занять вакансию в избытке, претенденты трезвы, молоды, свежы и задорно рвутся примерить служебные валенки, они наверняка справятся лучше, и глядя на них, невольно думается: а есть ли он, смысл уговаривать эту вкрай охуевшую свиноту чота там напрягаться, вытаскивать рыло из грязи и заниматься какими-то нахуй ей не павшыми «обязанностями»? Может, это просто привычка? Может, не стоит уподобляться прекраснодушным дурачкам, прыгающим с игрушечными дефибрилляторами вокруг кишащего опарышем трупа, а просто наблюдать естественный ход событий? Впрочем, времени настолько нет, что уже какбэ и есть; опоздать тут тупо некуда, а значит, остается лишь чонебуть подвесить тебе в качестве морковки, чонебуть такое Близкое да Понятное, дабы заполнить тревожную пустоту перед мутными твоими глазенками на слюнявой морде: ты кажецо немного комплексуешь, когда тебя тут погоняют деревянною буротиною, грязным чмошником и тупорылым лохом, и при этом не просто хуй чего возразишь, а как-то ваще смешно даже думать о каких-то «возраженьях», ведь тебя именуют в точном соответствии с твоими жызненными фактами. Таки вот, успешно осуществленное Колдунство С Книгой выводит Всетакепопытавшуюся Буротину из-под статута этих гордых, полностью заслуженных Званий. Не сразу, не каждого, не совсем, не до конца и даже не до серединки, да. Но всетаке. Попытавшись и добившись успеха, ты сможешь (не сразу, не через год и даже не через питилеточьку, наверно ваще ближе к Славному Финалу на каталке в коридоре) сам о себе, не вслух, для себя, но зато по полному чеснаку сказать «ну не совсем уж в самый край я конченный». А пока да: именно что совсем, именно в край, до упора, по самые небалуйся, — ушпрости.