Нашы прихожаны тоже не дураки выступить

На трибунку смело взбирается прихожанен ВЦВ под псевдонимом «Belmes«, и несет… Б-жечьки, это ж страшно подумать, какая дикая, архаичная, прямо-таки пещерная дурь плещется в черепушках некоторых неадыкватов! Ви только вчитайтесь, попробуйте оценить глубину той пропости, коией эти безумцы пытаются отгородить себя от свободного мира, каждое слово буквально прыщет Ненавистью к совершенно естественному научно-техническому и ещо более естественному соцыальному прогрессу, да что там «к  прогрессу», к самой Цывилизацыи!

Впрочем, убедись во всем сам.

…пресловутый («электронный», — прим. ред.) концлагерь — нихрена не чипы под кожей (просто потому, что эта самая часть населения в это добровольно не впишется, а нужна им именно добровольность, без всяких кавычек). И уж никак не карты, и не паспорта с биометрией. Есть одно устройство, настолько незаметно превратившееся из средства связи в инструмент жёсткого контроля поведения, что это даже не осознаётся подавляющим большинством. Нахера тебя например, братику, напрягать с чипами? Ты сам пойдёшь и купишь, за свои кровные, Ойфон, выберешь корпус поиндивидуальнее да номер покрасивше. Закачаешь втудой приложение банковское-на кассе платить (а чо, удобно же), — и сам, чисто сам, побеспокоишься и об исправности, и о подзарядке, и чтобы всегда быть на связи. В этом месте обычно говорится — мне скрывать нечего, я законопослушный. Конечно законопослушный, кто бы спорил. А что закон идёт пидорский — ну так что ж… Вот уйдёт пенсионное поколение, и усё, приплыли. Строго смартфоны (физические-то сим карты отмирают- а ты чо, не знал?), никаких тебе 3110. А если есть желание поспорить на эту тему, ты , братику , для начала не бери в руки сотовый, ну хотя бы недельку. А когда тебя выкинут с работы (если родные раньше не загрызут), то попытайся устроиться на новую работу, опять же не беря в руки сотового. А теперь представь, что это вот- на всю жизнь, да. Жить то конечно можно будет, но совсем, совсем по другому. Когда, брате, представишь в красках, тогда и поймёшь, что лагерь-то Вот Он, уже здеся.