Орден душителей

Человек волен думать о себе что угодно, но технически он что-то вроде губки, пропитанной всякими веществами. На базовом уровне он состоит из чудовищно сложных машин, чей концерт управляется несколькими килограммами жира и спутанной проволоки, подозрительно  хорошо изолированными от остального организма.

Когда видишь, как дёргается мешочек сердца на УЗИ, а особенно когда видишь разобранные человеческие части, трудно соотнести себя с увиденным. «Внутри собаки жуть и мрак».

Если же отвлечься от этой фестивальной картинки (например, закрыв глаза), ощущаемое собой пространство будет значительно больше физических границ. Тем не менее, это пространство тоже тело, потому что физика хорошо откликается на действия оттуда, прежде всего на образы.

Как известно, мы никогда не видим мир, а только результат обработки восприятия – картинку. Мозг реагирует на продукт обработки, для него нет разницы, снял он её с анализаторов или вообразил. Получил сигнал – отдал команду телу. То есть, вроде как сходил ты на Браззерсточкоком, и думаешь, что через монитор не зашквар — но увы, придётся тебя огорчить, Рокко Сифреди пообщался с тобой теснее, чем ты думаешь. Несколько хуже, что он тем же самым образом пообщался и с твоими родичами, а они, предположу, вовсе не собирались в таком участвовать. Ещё хуже то, как подобное отражается на потомстве.

Если первые два зашквара (может быть) заставили тебя мысленно ойкнуть, то уж с третьим я, по-твоему, лишнего хватил. А вот и нет, друже. Разврат (а мы сейчас именно о нём), это не просто устаревшее слово из словаря морализаторов. Именно табу на это слово в медиаполе позволяет быть всей цветущей сложности Содомского Хода. Обрати внимание, всего лишь одно слово, которого нет, поддерживает своим несуществованием массовый дискурс с многомиллиардными бюджетами и госрегулированием. Но вообще-то это технический термин, указывающий на нежелательный для отбора признак.

Разврат как неспособность контролировать половое влечение есть общий знаменатель любой так называемой альтернативной ориентации. Такие люди рождались и будут рождаться, но частоту этих рождений можно снижать или увеличивать. В этом смысле государственное и общественное давление на развратников было гуманным компромиссом.

Тебе уже не раз показывали здесь зеркало с очень нехорошим отражением внутри, этого никто не любит, даже если не в состоянии с увиденным спорить. Но Церква говорит поверх твоего пропащего персонажа, с тем, кем ты никогда не позволял себе стать, и он внимательно слушает. У нас тут не приняты всякие психодрамы с Раскаяниями, ковырять душевные раны и прочее — это всё не о том. Осознавать себя говном неприятно, но останавливаться на этом нельзя. Зато ты ещё живой, и теперь можешь им больше не быть – разве это не охуительно? Сама такая возможность воспринимается косячником как абсолютно незаслуженная награда, что в общем-то так и есть, ведь сделанного не исправишь.

Обычно, когда такое осознаётся, человек быстро приводит в порядок своё социальное окружение, в котором не остаётся нерешённых или повторяющихся конфликтов.

З.Ы.: а вот Материальное Покаяние Церквой одобряется, причём и рассказывать о косяках-то не нужно.