Прихожаны прозревают Ярмо

«Зацепила меня мысль о договоре, людей клятвы и проч. Который день не отпускает.[…]«Я узнал, что у меня есть огромная семья».»

 

Именно так. У тебя есть огромная семья и твоя доля ответа за неё. Но это не вся семья, а та её часть, которая вместе с тобой несёт вахту. Присмотревшись к ней, видишь: в ней хватает уродов, хватает замороченных, хватает живущих в никуда, и вредителей, и людоедов, и таких, и сяких тоже хватает. И со всеми этими людьми нельзя сделать ничего. Хуже чем ничего можно сделать, и ничего тоже можно, а больше, чем ничего – нельзя.

Достаточно отвечать за себя и непосредственных подопечных: как только выпрямишься сам, окружение перестанет быть кривым. Остальное произойдет само. Есть очень простой признак: когда тебе удалось что-то унести из Церквы, жизнь начинает налаживаться во всех отношениях, а рулить ей интересно и не напрягает.

Чтобы ты родился, очень много людей должны были умереть, пострадать или отказаться от простейших радостей жизни. Они честно отстрелялись и сошли в землю в надежде, что мы не подведём. А ещё есть очень много людей, которые не родятся, или родятся в страдания, если мы всё-таки подведём.

И те, и другие стоят за окнами твоих глаз и смотрят на всё, что ты делаешь. Они уже видели всё, и огорчить их ещё больше ты просто не можешь, но можешь убить. Каждый из них нёс тебя и всех остальных и давал им родиться; чем больше детей, тем легче им нести предков и потомков.